СофиЯ (sofyapremudraya) wrote,
СофиЯ
sofyapremudraya

Categories:

Яхве против Баала – хроника переворота (памяти А. Склярова).Часть 25

Яхве против Баала – хроника переворота (памяти А. Склярова).Часть 24


Рис. 247. Пророчица Девора

Да, были первосвященники, сохранявшие верность Яхве. Были пророки и пророчицы, верившие в его верховенство. Но в целом Эпоха Судей была периодом разброда и шатания в среде евреев.

Вдобавок, Яхве интересовало решение лишь его собственных проблем, и он не оставил никаких заветов о том, как евреям обустраивать свою жизнь. В частности, как сохранить в своих руках полученную «Землю Обетованную», как ей управлять и как ее оберегать. Не было ни регулярной армии, ни государственной системы налогообложения, ни системы управления как таковой. То, что было им создано, еще как-то подходило к изолированному теократическому обществу, но «Земля Обетованная» не была островом посреди безлюдного океана, а наоборот – располагалась на очень оживленном перекрестке. В результате как реформы Эхнатона привели Египет к упадку, так и «заветы Яхве», игнорировавшие вопросы управления обществом, привели к практически полной анархии в «Земле Обетованной», чем не могли не воспользоваться те племена, которые чудом остались в живых в Ханаане после тотальной резни, устроенной «армией Яхве», а также различные соседи.

Одним из таких соседей был Египет. В поздний период правления Рамзеса II постаревшему фараону было не до дел в далеких провинциях, но с приходом к власти следующего фараона Мернептаха в 1224 году до нашей эры ситуация меняется. На четвертом году правления этот фараон совершает успешный поход в Палестину, о чем повествуют многочисленные надписи – в том числе и на так называемой «Стеле Израиля», которая была найдена в поминальном храме Мернептаха в Фивах. Египетскими войсками были успешно взяты Аскалон, Гезер и Иеноам и разгромлены еврейские племена. Гезер, возможно, выдержал долгую осаду, так как Мернептах впоследствии именовал себя в своей титулатуре «связывающим Гезер». Надпись на стеле гласит: «Уведен был Ашкелон, схвачен был Газру, Иеноам сотворен несуществующим, Израиль пуст, нет его семени».

И это дает вполне четкие ориентиры для датировки как Исхода, так и завоевания «Земли Обетованной» Иисусом Навином, поскольку довольно очевидно, что стела могла зафиксировать события, происходившие уже в Эпоху Судей – евреи уже живут в «Земле Обетованной». И если учесть, что на завоевание этой земли у Иисуса Навина ушло пять лет, то эти пять лет закончились заведомо ранее 1220 года до нашей эры (год победного похода в Палестину фараона Мернептаха). Соответственно, Исход, который произошел за 47 лет до распределения земли по жребию между коленами, имел место никак не позднее 1267 года до нашей эры – при Рамзесе II. А это вполне согласуется с датировкой 1286 годом до нашей эры битвы при Кадеше, в ходе которой Рамзес II «засветил» свою находку – «божественное оружие», что стимулировало Яхве на форсирование событий (см. ранее). Так что за ориентировочную дату Исхода вполне можно принять примерно 1280-1270 год до нашей эры…


Рис. 248. «Стела Израиля» в Каирском музее

О том, что Яхве в Эпоху Судей никак не проявляет своего присутствия, косвенно говорят и события с Ковчегом Завета, из которых наиболее показательна война евреев с филистимлянами, когда судьей был Илий. После первого поражения в этой войне евреи решили прибегнуть к помощи Яхве, для чего вынесли Ковчег из Силома и взяли с собой на битву. Но это им не только совершенно не помогло, и они потерпели сокрушительное поражение – евреи в результате потеряли Ковчег, который был захвачен филистимлянами.

«И сразились Филистимляне, и поражены были Израильтяне, и каждый побежал в шатер свой, и было поражение весьма великое, и пало из Израильтян тридцать тысяч пеших. И ковчег Божий был взят, и два сына Илиевы, Офни и Финеес, умерли» (Первая книга Царств, глава 4).

Дальнейшие напасти, постигшие филистимлян якобы со стороны Ковчега Завета, явно не являются следствием ни действий Яхве, ни даже случайного воздействия механизма Ковчега, а просто приписаны Ковчегу и Яхве редакторами первоисточника. Филистимляне же также могли приписать эти напасти действию странного предмета, имевшего признаки «божественного» происхождения, и избавиться от него. Но во всех этих событиях не видно никаких целенаправленных действий со стороны богов. Точно также, как и в последующей гибели Озы, попытавшегося поддержать Ковчег, – брошенное Яхве техническое устройство вело себя так, как и полагается просто устройству, убивая всех, кто оказывается в опасной зоне его воздействия, без разбора…


Рис. 249. Захваченный филистимлянами Ковчег в храме Дагона

А вскоре «Землю Обетованную» накрыла волна нашествия «народов моря», которая обрушила не одно государство. Что это были за народы, и откуда они пришли, историки спорят до сих пор. Сходятся они лишь в одном – конец II тысячелетия до нашей эры был периодом, когда закончили свое существование многие прежде мощные империи. И в этих условиях евреи, не сплоченные какой-либо общественно-политической системой, никоим образом не могли удержать управление «Землей Обетованной».

Но для нас здесь будет важным лишь тот момент, что данный период привел в итоге не просто к возрождению культа Баала, но и к его значительному укреплению на обширной территории – практически от Атлантики до Междуречья…

Попытка ренессанса

На рубеже II-I тысячелетий до нашей эры евреи предпринимают попытку сплотиться и возродить свое господство в «Земле Обетованной» с помощью введения института царей и сплочения народа под единой властью. В результате длительной и довольно кровопролитной борьбы за трон царем становится знаменитый Давид, который придерживался веры в «заветы Моисея и Авраама».

Ветхий Завет пытается представить приход к власти царя Давида в качестве некоего «промысла Яхве», однако при критическом взгляде на описание соответствующих событий в них не обнаруживается ни малейшего реального признака какого-либо внешнего влияния. А заявления первоисточников о якобы воплощении в жизнь в том или ином событии «воли Бога» в этот период – не более чем использование авторитета Яхве с целью придания дополнительного веса и легитимности действиям Давида и его сторонников.

Давиду удается постепенно объединить под своей властью значительную часть «Земли Обетованной» и даже начать покорение соседних государств, расширяя территорию израильского царства. При нем также происходит возращение филистимлянами Ковчега Завета.

Показательно, что первое время Давид правит, находясь в Хевроне. Он не может не заметить величественных стен сооружения над пещерой Махпела. Неизвестно, пытался ли он спуститься в саму пещеру. Но возможно, что именно пребывание в Хевроне стало причиной того, что первым крупным предприятием Давида стала война с иевусеями, в результате которой он захватил Иерусалим, где, как мы знаем, имеются аналогичные стены вокруг горы Мориа. После этого Давид переносит столицу в Иерусалим, а затем затевает крупную религиозную реформу – и для начала переносит Скинию и Ковчег Завета в новую столицу (поближе к горе Мориа с ее мегалитическими «божественными» стенами).

Любопытно, что, явно зная об опасных свойствах Ковчега, он отдает распоряжение предварительно поместить его в доме некоего Аведдара, и лишь по истечении трех месяцев, которые обходятся без негативных последствий для хозяина дома и его семьи (то есть после своеобразного «тестового карантина»), Давид переносит Ковчег в Иерусалим.


Рис. 250. Давид переносит Ковчег Завета в Иерусалим

Давид подчинил духовную власть светской, объединив священников под началом первосвященников и включив их (писцами и судьями) в состав государственного аппарата. Богослужения при нем стали проводиться дважды в день, а ротацию священников определял жребий и очередность. Все эти преобразования Давид проводит, руководясь желанием возродить и укрепить веру в единого Бога и будучи сам глубоко набожным человеком. Однако и во всех его религиозных начинаниях не просматривается какого-либо реального участия Яхве. Давид видит некие сны, общается с пророками и даже порой прибегает к помощи урима и туммима, но все якобы получаемые таким образом «указания Бога» вполне соотносимы с личными переживания и мыслями самого Давида и пророков.

В частности, известный комментатор Торы Абарбанель, основываясь на сборнике мидрашей «Ялкут Шимони», довольно детально описывает одну из встреч Давида с пророком Самуилом, в которой Самуил фактически задает Давиду «программу действий» на будущее, когда Давид спрашивает пророка о своей миссии. В книге Люкимсона реконструкция этой встречи представлена следующим образом:

«В ответ на это Самуил… развернул перед ним [Давидом] свиток Торы и прочел отрывок, предписывающий каждому еврею три раза в год на праздники Песах, Суккот и Шавуот являться «пред лицом Господа Бога вашего, в месте, которое Тот изберет». Сейчас, сказал Самуил, таким местом считается Ваал Иудин (Баалей-Иегуда), потому что там стоит Ковчег Завета, до этого Ковчег стоял в Шило, и народ на праздники являлся туда. Однако настанет день, когда евреи окончательно утвердятся в обетованной им Богом земле, и тогда Ковчег будет перенесен в величественный Храм, сооруженный действительно в избранном Богом месте. Таким местом, продолжил Самуил, является гора Мория, на которой некогда Авраам хотел принести в жертву Исаака, а затем на этой же горе бежавшему от своего брата Исава Иакову открылась во сне чудесная лестница и было повторено данное Аврааму и Исааку обетование сделать еврейский народ не только многочисленным, но и народом вечным. Гора эта находится в принадлежащем иевусеям Иерусалиме, и одним из важнейших деяний Давида должно стать завоевание этого города, а также точное определение места, где должен стоять Храм, и его строительство. Или по меньшей мере подготовка к этому строительству» (П.Люкимсон, «Царь Давид»).

Как видим, ни о Яхве, ни об «ангелах» здесь даже не упоминается. И единственный момент, в котором можно заподозрить хоть какое-то действительное внешнее вмешательство в дела Давида, это выбор им конкретного места для будущего Иерусалимского Храма. Но на этом выборе следует остановиться подробней.


Рис. 251. Царь Давид

В некоторый момент Давид проводит перепись населения, после которой в стране начинается эпидемия (мор). Эпидемии в древнем мире – не редкость, но Давид решает, что причиной ее в данном случае является как раз затеянная им перепись («грех пред лицом Господа»), и он ищет способ остановить опасную эпидемию, для чего обращается за советом к пророку Гаду. Пророк указывает Давиду, что тому следует совершить жертвоприношение на гумне иевусея Орны (Орнана, Аравны), расположенном рядом со стенами Иерусалима. Что, кстати, уже противоречит версии внешнего вмешательства, поскольку Яхве (как мы помним) запрещал Мельхиседеку какие-либо жертвоприношения на горе Мориа – но пророк явно не в курсе этого запрета, а потому вряд ли говорит от лица Яхве…

«Вместе со старейшинами города Давид направляется на указанное ему место и видит над гумном… парящего в небе исполинского ангела с обнаженным мечом, простертым в сторону Иерусалима. Поняв, что еще немного – и мор войдет в стены его столицы, Давид валится на колени. Вместе с ним падают на колени и старейшины. Им было не дано видеть ангела – но, во-первых, они не могли оставаться на ногах в то время, как царь встал на колени, а во-вторых, добавляют комментаторы, они, видимо, все-таки почувствовали исходившую от ангела эманацию и поняли, что являются участниками некоей сакральной мистерии» (П.Люкимсон, «Царь Давид»).

И Давид «понимает», что будущий храм единого Бога необходимо возвести именно в том месте, где он видел «ангела»…

Итак, «ангела» видит только Давид, и это очень показательно – дело в том, что в тех случаях, когда ранее шла речь о реальных визитах Яхве или его помощников, не было такого, чтобы кто-то видел Яхве или «ангелов», а кто-то нет. А тут упоминаются некие «свидетели» (старейшины), которые оказываются совсем не свидетелями. И у нас есть все основания предполагать, что данное видение Давида – это плод его собственного воображения. Тем более, что «видение» появляется после того, как Давид (согласно добровольному обету) длительное время лишает себя сна, а подобная принудительная бессонница провоцирует возникновение галлюцинаций…

Заметим также, что в более ранних событиях с реальным участием Яхве и «ангелов» столь же обычным (как видимость для всех свидетелей) было стремление Яхве всегда дополнительно подчеркивать свое собственное участие в процессе – и он обязательно сообщал об этом человеку, с которым выходил на контакт («это Я – твой Бог» и тому подобное). В данном же случае ничего подобного нет – и Давид лишь догадывается (!), что он видит «ангела».

Стоит также учесть, что Давид не мог не заметить сходства между стенами вокруг горы Мориа со стенами древнего сооружения в Хевроне. Не мог он (долгое время изучавший Тору) не знать о священной роли для евреев пещеры Махпела (с возведенными над ней стенами) и горы Мориа. Так что выбор здесь места для будущего Храма совершенно не случаен – он просто напрашивается!..


Рис. 252. Мор в Иерусалиме

И далее происходит сцена, которая буквально до деталей напоминает приобретение Авраамом земли с пещерой Махпела в Хевроне (что дополнительно указывает на знание Давидом связи стен в Иерусалиме и Хевроне). Давид обращается к Орне, который владеет гумном на горе Мориа (где и «видел» Давид «ангела»).

«И пришел Давид к Орне. Орна, взглянув и увидев Давида, вышел из гумна и поклонился Давиду лицем до земли. И сказал Давид Орне: отдай мне место под гумном, я построю на нем жертвенник Господу; за настоящую цену отдай мне его, чтобы прекратилось истребление народа. И сказал Орна Давиду: возьми себе; пусть делает господин мой царь что ему угодно; вот я отдаю и волов на всесожжение, и молотильные орудия на дрова, и пшеницу на приношение; все это отдаю даром. И сказал царь Давид Орне: нет, я хочу купить у тебя за настоящую цену, ибо не стану я приносить твоей собственности Господу, и не буду приносить во всесожжение взятого даром.

И дал Давид Орне за это место шестьсот сиклей золота. И соорудил там Давид жертвенник Господу и вознес всесожжения и мирные жертвы; и призвал Господа, и Он услышал его, послав огонь с неба на жертвенник всесожжения. И сказал Господь Ангелу: возврати меч твой в ножны его. В это время Давид, видя, что Господь услышал его на гумне Орны Иевусеянина, принес там жертву» (Первая книга Паралипоменон, глава 21).

Правда, Первая книга Паралипоменон утверждает, что Орна тоже будто бы видит некоего «ангела» (и потому соглашается отдать гумно Давиду). Однако в более ранней Второй книге Царств (глава 24), где описываются те же события, об этом «видении» Орны нет ни слова. Молчит об этом и Тора. Так что лицезрение «ангела» Орной, скорее всего, является лишь более поздней «додумкой» редакторов Библии, использованной для придания дополнительной правдоподобности «видению» Давида.

А Мидраш к Торе дает одну важную дополнительную деталь – согласно ее тексту иевусеянин Орна – не кто иной, как… прежний царь Иерусалима!..

Внимательный же читатель помнит, что царем Иерусалима во времена Авраама был Мельхиседек, который присматривал как раз за горой Мориа. И получается, что Орна вполне может быть очередным преемником Мельхиседека в каком-то там поколении. Однако Мельхиседеку было запрещено приносить жертвы на горе Мориа, а Орна отдает гумно на этой же горе Давиду именно для возведения жертвенника. Но это противоречие вполне объяснимо, во-первых, возможной утерей начального смысла охранительных функций при какой-то очередной смене смотрителей горы Мориа (времени-то со времен Авраама и Мельхиседека прошло немало), а во-вторых, Давид собирается поставить жертвенник якобы «во исполнение воли Бога», то есть имеет место как бы отмена более раннего указания Яхве.


Рис. 253. Скульптура царя Давида в Иерусалиме

Как бы то ни было, Давид получает гумно на горе Мориа для возведения жертвенника и, позднее, для строительства Храма. Но ему не суждено возвести этот Храм – строительство осуществит его сын Соломон. Часто это представляют как некое «наказание» Давида со стороны Бога за обильно пролитую кровь в процессе объединения страны, но скорее всего причина гораздо банальней – Давид уже стар, и после видения им «ангела» ему остается всего год жизни, который у него уходит на подготовку строительства (составление чертежей, заготовку материалов и прочее). Подробный отчет о сделанных им приготовлениях к строительству Храма Давид представил народу во время официальной коронации Соломона. И после смерти Давида Соломон практически сразу же приступает к возведению Храма на горе Мориа в Иерусалиме.

Финальный «пшик»

Библия достаточно подробно описывает как сам Храм, который возвел Соломон, так и процесс его строительства. И это не удивительно – ведь речь идет о первом (!) стационарном храме Бога. Скиния, служившая ранее для принесения жертв Яхве, была все-таки переносным, «мобильным» храмом.

Среди же деталей описания процесса строительства Иерусалимского Храма есть один важный для нас отрывок:

«И было слово Господа к Соломону, и сказано ему: вот, ты строишь храм; если ты будешь ходить по уставам Моим, и поступать по определениям Моим и соблюдать все заповеди Мои, поступая по ним, то Я исполню на тебе слово Мое, которое Я сказал Давиду, отцу твоему, и буду жить среди сынов Израилевых, и не оставлю народа Моего Израиля» (Третья книга Царств, глава 6).

Фактически здесь констатируется то, что Яхве уже давно покинул свой «богоизбранный народ». А также то, что Давид затеял строительство Храма как раз в надежде на то, что Яхве вернется к евреям и снова будет «обитать среди них», как это имело место в период от Исхода до начала завоевания «Земли Обетованной». Судя по всему, Соломон, осуществляя строительство Храма, был одержим этой же идеей.


Рис. 254. Царь Соломон

Представляется вполне логичной мысль, что Храм, посвященный «самому великому и единственному» Богу, должен быть самым-самым по всем параметрам. И тем более это должно быть для Храма, который предполагался быть единственным храмом этого Бога. И еще более логично это ожидать от Храма, на который возлагалась надежда о возвращении покинувшего свой народ Бога. Таким «самым-самым» и представляется в Библии выстроенный Соломоном Иерусалимский Храм.

«Храм, который построил царь Соломон Господу, длиною был в шестьдесят локтей, шириною в двадцать и вышиною в тридцать локтей, и притвор пред храмом в двадцать локтей длины, соответственно ширине храма, и в десять локтей ширины пред храмом. И сделал он в доме окна решетчатые, глухие с откосами. И сделал пристройку вокруг стен храма, вокруг храма и давира; и сделал боковые комнаты кругом. Нижний ярус пристройки шириною был в пять локтей, средний шириною в шесть локтей, а третий шириною в семь локтей; ибо вокруг храма извне сделаны были уступы, дабы пристройка не прикасалась к стенам храма.

Когда строился храм, на строение употребляемы были обтесанные камни; ни молота, ни тесла, ни всякого другого железного орудия не было слышно в храме при строении его. Вход в средний ярус был с правой стороны храма. По круглым лестницам всходили в средний ярус, а от среднего в третий. И построил он храм, и кончил его, и обшил храм кедровыми досками. И пристроил ко всему храму боковые комнаты вышиною в пять локтей; они прикреплены были к храму посредством кедровых бревен… И устроил в задней стороне храма, в двадцати локтях от края, стену, и обложил стены и потолок кедровыми досками, и устроил давир для Святаго-святых.

Сорока локтей был храм, то есть передняя часть храма… Давир же внутри храма он приготовил для того, чтобы поставить там ковчег завета Господня. И давир был длиною в двадцать локтей, шириною в двадцать локтей и вышиною в двадцать локтей; он обложил его чистым золотом; обложил также и кедровый жертвенник.

И обложил Соломон храм внутри чистым золотом, и протянул золотые цепи пред давиром, и обложил его золотом. Весь храм он обложил золотом, весь храм до конца, и весь жертвенник, который пред давиром, обложил золотом. И сделал в давире двух херувимов из масличного дерева, вышиною в десять локтей. Одно крыло херувима было в пять локтей и другое крыло херувима в пять локтей; десять локтей было от одного конца крыльев его до другого конца крыльев его. В десять локтей был и другой херувим; одинаковой меры и одинакового вида были оба херувима. Высота одного херувима была десять локтей, также и другого херувима. И поставил он херувимов среди внутренней части храма. Крылья же херувимов были распростерты, и касалось крыло одного одной стены, а крыло другого херувима касалось другой стены; другие же крылья их среди храма сходились крыло с крылом. И обложил он херувимов золотом» (Третья книга Царств, глава 6).

Легко заметить в конструкции Храма те же самые пропорции, которые были заложены в Скинию…


Рис. 255. Храм Соломона

Семь лет строился Храм в Иерусалиме. По завершении строительства Соломон собрал «старейшин Израилевых и всех начальников колен, глав поколений сынов Израилевых», чтобы перенести Ковчег Завета с горы Сион (где его временно разместил Давид) в новый Храм.

«И пришли все старейшины Израилевы; и подняли священники ковчег, и понесли ковчег Господень и скинию собрания и все священные вещи, которые были в скинии; и несли их священники и левиты. А царь Соломон и с ним все общество Израилево, собравшееся к нему, шли пред ковчегом, принося жертвы из мелкого и крупного скота, которых невозможно исчислить и определить, по множеству их» (Третья книга Царств, глава 8).

Но это – только по пути следования Ковчега Завета. Когда же Ковчег достиг построенного Храма, поток жертв (а с ним и количество поставляемой «жизненной энергии») возрос еще больше, о чем хорошее представление дает следующая цитата:

«Каждый паломник приносил с собою не менее одного жертвенного животного, а богачи и знать жертвовали животных сотнями. До 700 священников, силачей и искусников владения ножом, исполняли ритуал принесения этих стад в жертву невидимому еврейскому Богу. Трудились они в поте лица, проливая потоки крови, быстро и сноровисто убивая тысячи, десятки тысяч животных. Как ни искусны были эти служители в своем деле, сколь совершенной ни была система смыва и удаления крови и отходов, – первобытным ужасом, варварской экзотикой поражал этот ритуал…

Централизация культа Яхве обернулась неожиданной стороной: богобоязненный обряд жертвоприношения из-за громадных размеров Храма, вмещавшего сотни тысяч людей и неоглядные жертвенные стада с их ревом и мычанием, – по сути своей стал слишком уж материальным; лишь великолепие архитектуры и убранства храма отличало этот обряд от работы столичной скотобойни» (Э.Федин, «Ирод Великий»).

Простейшая логика – чем грандиозней событие, тем больше нужно жертв и пролитой крови. Иначе евреи в то время и мыслить не могли. Откуда же им было знать о том, что существуют законы физики, в соответствии с которыми всякое техническое устройство имеет свой предел прочности?!.

И результат не замедлил последовать…

Пока перед Ковчегом резали животных по ходу его транспортировки, поток поступающей энергии все-таки был ограничен. При внесении Ковчега на территорию Храма поток поступающей к нему энергии резко увеличился, но «божественный механизм» еще выдерживал. Но затем его внесли в Святая Святых с ее резонансными характеристиками (см. ранее), и поток энергии превысил допустимый порог – произошел большой «пшик»!..

«И внесли священники ковчег завета Господня на место его, в давир храма, во Святое Святых, под крылья херувимов… Когда священники вышли из святилища, облако наполнило дом Господень; и не могли священники стоять на служении, по причине облака, ибо слава Господня наполнила храм Господень» (Третья книга Царств, глава 8).


Рис. 256. «Слава Господня» в Иерусалимском Храме в представлении художника

Если в электрический конденсатор попытаться загнать гораздо больше заряда, чем он может вместить, то что произойдет?.. Его просто «пробьет», и он банально перегорит. То же произошло и с «божественной» начинкой Ковчега Завета – произошел ее пробой, который сопровождался вспышкой и дымом от сгоревших деталей.

Для несведущих зрителей – евреев времен Соломона – внешне этот процесс очень был похож на те проявления «славы Господней», которые им были известны по описаниям древних событий (те же «молнии» и «дым»). Поэтому они и приняли это за положительную реакцию Яхве на свои действия и за признак его возвращения к своему «богоизбранному народу»…

Почему же мы в данном случае (в отличие от предыдущих упоминаний «славы Господней») можем говорить именно о «коротком замыкании» механизма Ковчега, а не о визите Яхве?.. Сразу по двум довольно простым причинам. Во-первых, в данном случае ни от Яхве, ни от какого-либо иного бога под видом «ангела» не поступает совершенно никаких распоряжений, как не поступает никаких подтверждений их личного присутствия, что абсолютно для них не характерно. А во-вторых, именно после этого момента нет совершенно никаких упоминаний о каком-либо воздействии со стороны Ковчега – он даже не поражает никого, как в свое время убил неосторожного Озу. Точно так же, как сгоревший конденсатор больше никого не бьет током…

Понятно, что евреи этого не знали. И наоборот – сочли вспышку и дым за благоприятный для них знак. А Соломон – за поддержку своих действий. И хотя в описании всех дальнейших событий за время его царствования нет ни малейшего намека на какое-либо участие Яхве или его помощников, евреи так и уверены, что со строительством Иерусалимского Храма Яхве вернулся к своему «богоизбранному народу» (хотя бы на какое-то время). Тем более, что во времена Соломона Израильское царство достигло наивысшего расцвета.

Однако это было не только апогеем ренессанса, но и началом конца – со смертью Соломона, которая произошла в 928 или 926 году до нашей эры, Израильское государство сначала развалилось на два царства, а затем и вообще исчезло с политической карты мира (аж на три тысячи лет), а вскоре после этого и евреи вообще перестали быть хозяевами «Земли Обетованной». Так что ни о каком возвращении Яхве и поддержке им своего «богоизбранного народа» говорить и не приходится…


Рис. 257. Распад государства после смерти Соломона

Яхве – кто он?..

Бог, фигурирующий в монотеистических первоисточниках, так тщательно хранил свое инкогнито, что до сих пор не ясно – кто же он. Принятое в данной книге наиболее распространенное его «имя», как указывалось ранее, как таковым именем не является. Когда Бог «открывается» Моисею, то говорит лишь о том, что существует на самом деле – «Яхве» и означает «Я есть сущий», то есть «Я – тот, кто существует реально».

Но можем ли мы выяснить, кем был тот, кто называл себя «Богом Авраама» и «Богом народа Израиля»?..

Попробуем для этого воспользоваться известными общими закономерностями, которые характерны для имен различных богов в древних легендах и преданиях (то есть в том, что ныне называется уничижительным термином «мифология»). И попробуем наложить закономерности мифологии на те скудные данные о Яхве, которые можно почерпнуть в первоисточниках.
продолжение следует...

Reliable Counter
Tags: древние цивилизации, тайны истории
Subscribe

Posts from This Journal “древние цивилизации” Tag

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments